ENG
         
hpsy.ru/

../../Образование как высшая форма отдыха. Постулаты экзистенциальной дидактики

Представьте себе: ученик гимназии, обладающий нормальными способностями, тревожит всех, кому он дорог тем, что не достигает желаемых успехов. Оценки хорошие, бывают, но уверенности в образовании и знаниях этого ученика нет, и даже больше: очевидно, что чем дальше, тем меньше реальная успешность. Как следствие - патология образовательного опыта в целом. Спокойствие и ровное отношение превращаются в равнодушие и потерю интереса, тревожат; неуверенность, сомнение и риск - пугают и отчуждают, опять тревожат. Что бы не пытались родители или учителя предпринять, самого главного нет. Всегда в результате недовольство, тревога, отчуждение.

В процессе беседы оказывается, что представление этого гимназиста об учении заключается в следующем: выполнить задание накануне перед уроком и ответить, получив оценку. Поведение и отношение окружающих подтверждают такое представление. Соответственно для такого ученика не имеет смысла изучение материала заранее, повторение, изучение материала, который не спрашивают, углубление в смысл понятий и примеров и многое другое. К этому призывают, но что значат призывы к бессмысленному? Успеха нет. Образованность такого типа является виртуальной. Атрибуты все сохранены, но нет главного основания жизни.

Очевидно, что сумма выученного и даже проверенного не является целым знанием предмета, так как этот ученик не устанавливает связей, оживляющих информацию, вместо осмысленного конца, такой ученик переживает опыт дурной бесконечности. Он живет от задания до ответа на уроке, игнорируя жизнь за пределами этого временного тела, а значит, накапливает бесполезное знание, бесполезное в силу отчужденности от жизни. (Тело времени, или временное тело - определенный тип метрики жизни, принятой в языке и культуре сознания. Например: хаос - время без границ и определенной направленности, космос - циклическое время природной жизни, хронос - необратимо направленная жизнь от начала к концу, кайрос - мгновение, наполненное смыслом. Есть и тела меньшего масштаба, время образования - одно из множества тел времени)

Самое печальное - то, что такой ученик не имеет интереса, не создает будущего, не видит смысла, не вкладывается своей жизнью, не обладает мужеством учить. Такое состояние - своеобразный аналог рабского труда, ведь раб тоже выполняет только отданные приказы, не принимая на себя ответственность за трансцендирование. (трансцендирование здесь достаточно определить в общем, как желание стать больше чем я есть. Это рискованное желание, так как и психоз, и самоотверженность являются конкретными формами выражением этого желания. В норме желание стать и быть больше чем есть - это обязанность быть человеком, это измерение высоты человеческой жизни, ее открытости свету и миру высшему).

Работая над концепцией экзистенциальной дидактики, мы стремились прибавить решимости и ответственного отношения к свободному времени - одному из величайших достижений культуры, потребовавшему больших жертв. В современном мире нет интеллектуальной доблести в том, чтобы все время посвящать работе, тем более продуктивной работе. И так слишком много продуктов человеческой деятельности заполняют нашу повседневность. Заполнять все время работой - это лишь оборотная сторона житейской нищеты, рабства бездарности, выражающейся в бесконечном безделье. Безделье или работа - это не выбор для думающего человека, это выбор одомашненного животного. Лошадь предпочла работу, а баран безделье. Благодаря этому они выживают в мире людей, тогда как разнообразие диких видов животных уменьшается ежедневно. Но человек, обладающий свободным временем и свободой во времени, уже выжил, уже живой, ему уже не надо в этом смысле выживать. Человеческое достоинство проявляется в том, чему человек посвящает свое свободное время.

Из психотерапевтической практики известен простой и эффективный способ определения сути самых разных проблем: как проходят вечера и выходные? Именно то, что случается с человеком из выходного в выходной, из вечера в вечер, и есть то, ради чего он живет. Свободное время не является чистым результатом волевого акта. Можно заполнить выходной день работой по хозяйству, или научной работой, или работой над собой. Это бывает полезно, а бывает даже выгодно. Но, строго говоря, в этом случае речь идет о работе, об еще одной работе, это не отдых. Отдых - это не обычное дыхание, не рядовой вдох, отдых - это живой ответ дыханию, это событие, останавливающее работу и работы. Отдых случается. Поняв, как человек отдыхает, мы можем лучше понять, что для человека является самым реальным в жизни, не зависимо от того, что человеку «кажется». Но отдых - это и не безделье, не развлечение. Отдых лечит, отдых вдохновляет, отдых освобождает, отдых призывает к труду и творчеству, отдых толкает на перемены. Как показал Пауль Тиллих, человеку часто не хватает онтологических оснований мужества быть и отчасти это значит, что человеку не хватает оснований для мужества отдыхать.

Как подойти к тайне отдыха? Для начала честно, а потом обстоятельно. Что случалось со мной в минуты, часы и дни отдыха? Не знаю как другие, а я учился (если не бездельничал и не отвлекался на глупости). Естественно не тому, чему учили в школе или в университете (это я «проходил» или «сдавал»). Я учился тому, во что верил и что любил. Для меня отдых - это, прежде всего, учение, и если в учении нет отдыха, то оно бессмысленно и не радостно. Почему большинство учебников скучны? Они только про работу. А вот в художественных книгах есть и отдых, они честнее.

Отдых - казалось бы не новое и не удивительное понятие. Индустрия отдыха приносит доход не просто людям и предприятиям, а целым странам, но это отдых паразитический, отдых растрат. Образование - это другое, это своевременное, взаимное и своеобразное пребывание в мире, убеждающее в жизненном пути. Это не покупается в тур-агенстве или ночном клубе.

Дальнейшее чтение имеет смысл только для того, кто верит в такое положение: образование - это помимо всего прочего отдых, и более высокого отдыха душа человека не знает. Любовь, вера, надежда, совместная жизнь - это, конечно труд, но помимо труда, и непременно - отдых. Научиться воспринимать и преднаходить образование как одну из высших форм отдыха составляет прагматический смысл разрабатываемой нами теории и практики экзистенциальной дидактики.

Для того чтобы трудиться необходимо мужество, но недостаток мужества труда восполним необходимостью, обстоятельства иногда делают нас мужественными. Как в анекдоте «- Не могу! - А придется».

Гораздо сложнее восполнить недостаток мужества отдыхать, никакие обстоятельства не заставят человека отдохнуть от жизни (если не считать счастье обстоятельством, наверное, только счастье может заставить отдохнуть).

Простой пример: Семья, переживающая кризис. Внешнее благополучие, выросшие дети, долгожданный успех на работе, значительная степень решенности финансовых запросов. На вопрос «что вы делаете вместе в свободное время?» ответ: «Мы вместе ужинаем, а потом все расходятся по своим делам, кто-то к компьютеру (работа), а кто-то к телевизору (безделье)». Результатом такой жизни является усталость от дома, желание расстаться и жить отдельно.

Для того, чтобы отдыхать вместе необходимо гораздо большее мужество чем мужество продолжать отдавать себя работе и предаваться безделью.

Один из шансов развить в человеке мужество отдыхать - это иметь мужество учить и учиться.

Отдых - это конечная точка времени образования, последняя категория, диалектически противостоящая первой категории - труду. Труд - первое время, отдых последнее. Отдых - это призыв к труду, ответ на вопрос «ради чего?». Без отдыха труд бесчеловечен.

Как говорили многие великие психологи, для счастья человеку необходимо достичь успеха в трех событиях: в работе, любви и дружбе. Работа позволяет заработать свободное время, любовь позволяет свободное время спроектировать, создать, дружба - наполнить событиями, занять. То, что мешает осуществить счастье и три необходимых успеха жизни может быть названо болезнью, но лучше назвать безобразием, так как безобразие - более обширное понятие, при этом более точное и конкретное, и представляет психологически явленный контекст. Так справляясь с болезнью, человек встречает более страшного врага - безобразие. В болезни может быть духовный смысл, в безобразии, вообще нет смысла, нет присутствия духа, так как нет образа. Безобразие - это, когда нет человека, привлекающего внимание к хорошему, противостоящего вниманию к плохому.

Устоять перед безобразиями позволяет образование - один из вечных путей спасения человека. Учение как спасение - это не приятное времяпрепровождение и не утоление любопытства или потребностей, и не подготовка к экзамену на «зрелость». Такое учение - это собственно жизнь, а не ее части, и как любая подлинная жизнь, она требует мужества - мужества учить.

Часто люди, считающие себя значительными учеными, справедливо завидуют житейской успешности «поверхностно» относящихся к науке коллег. Счастье не считается уместным состоянием в научном исследовании. Насчет многих предметов в образовательных курсах уже даже не сохранилось надежд на то, что они ведут к счастью. Такое просто не прилично говорить в научных дискуссиях. Мол, есть такой-то подход или теория, извольте почитать. И действительно следует почитать, но жизнь-то идет необратимо. Кто задумывается о счастье, изучая методологические проблемы психологии? Скорее бы сдать и не напрягаться. Пройти это не счастливое и не интересное и наконец подойти к действительно важному. Что на самом деле важно в образовании?

Равновесие жизненного покоя кажущееся, на самом деле время закончится и вместе с временем исчезнет всякое содержание, по крайней мере исчезнет его смысл, и существующие подходы от этого конца не спасут. Не избавит существующее знание от необходимости изменяться: из живого становиться мертвым и противостоять мертвому, быть во времени.

Для того, что бы быть во времени необходимо учение, показывающее путь. Тот факт, что культура, человечество, образование до сих пор существует, доказывает, что у наших предков такие учения были, те, кто жил до нас, знали как сохранять, передавать, возрождать времена жизни. Методологические основания такого учения есть и сегодня, основания, угадывающиеся за именами, которыми мы называем и призываем временные состояния, сохранились. (Целые области научного знания - семиотика, герменевтика, этнология и др., опираются на эти основы понимания речи, как способа быть. Образование - это тоже одно из имен времени - время восхождения к образу). Но одной методологии не достаточно, образованию необходима человеческая живая поддержка и воплощение. Экзистенциальная дидактика - это искусство учиться быть. И чтобы быстрее становилось ясно о чем идет речь, то обозначим идею от обратного: что происходит с человеком, если он не умеет учиться быть?

Если человек не будет учиться тому, что принято в обществе знать и вовремя не научится, он не сможет ответственно влиять на свою жизнь, «человек - раб того, чего он не знает». Потребность учиться тому, что принято, удовлетворяет система образования и наука педагогика, развивающаяся как служение знанию, то есть служение всем остальным наукам.

Если человек не будет лечиться и вовремя не вылечится, он не сможет избавиться от бессмысленной боли, и будет продолжать болеть, страдать и этим доставлять страдания другим. Потребность лечиться удовлетворяет система здравоохранения и наука врачевания (исцеления).

Если человек не будет…. Остановитесь. Если человек не будет (будет - глагол), то есть если человек в принципе не будет, когда человек слишком мало есть, мало жив, потому что он «не будет». Если в «будет» человека нет, а есть его проекции, предрассудки, кажимости, представления, имиджи и прочее, и если человек вовремя не станет быть, то в его жизни обновлений будет меньше, чем это необходимо. Жизнь не будет меняться. И, между прочим, по этой причине могут оказаться бессильны и абсурдны, и педагогика, и медицина.

Проявлениями небытия в человеческой жизни являются апатия, скука, безинициативность, одиночество, отсутствие проявленных желаний и интереса, неприсутствие. В неприсутствии время жизни безвозвратно тратится, не возобновляется, из жизни исчезает весна. А без весны и лето не приходит, и осень с зимой всегда старые, прошлогодние, бесплодные, чужие.

Экзистенциальная дидактика - это профессиональное сотрудничество в искусствах учиться быть. Естественно, быть без конкретного дела не возможно, поэтому экзистенциальная дидактика помогает учиться быть в чем-то, в мире, как в теле времени. Мы говорим: в мире общения, или в личном мире, или в мире профессии, учебы, производства, отношений, веры, при этом имеем ввиду в период общения, в период личных переживаний, во время профессональной жизни, учебы и т.д.

Как говорил один из героев Э.М.Ремарка: «Не стыдно родиться дураком, а вот умереть дураком - позор». Экзистенциальная дидактика, как и любая достойная идея, отвечает некоторой проблеме человеческого взаимодействия, и если педагогика отвечает потребности человека принадлежать общности, врачевание (психотерапия) - потребности принадлежать своей собственной жизни, экзистенциальная дидактика отвечает потребности не умереть (и не умирать) от стыда за свою необразованность или за свою неизлечимость. Не боль и не жажда, а стыд является отправной точкой экзистенциальной дидактики. Конечной (но не самой конечной, а полезно конечной) точкой является не компетентность и не здоровье, а интерес и любовь к миру и действительности. У человека имеющего направление жизненного пути всегда есть силы на улыбку.

В 1993 году я узнал как называется наука, которой мне всегда нравилось заниматься: экзистенциальная психология. С этого времени я стал пациентом экзистенциальной психологии и терапии. (Пациент - терпящий, испытывающий, страдающий). И теперь, когда можно посмотреть на десять лет этой совместной жизни, видятся некоторые неизбежные данности, требующие принятия и осознания. Одна из этих неизбежных данностей такая: помимо общения, лечения, труда, дружбы, жертв и многого другого, это было образование. И для меня экзистенциальная психология и психотерапия - это, прежде всего, образование. (Во вторых - это искусство, но об этом позже).

Необходимость принять человеческую потребность учиться, причем учиться не только каким-то отдельно взятым вещам и сущностям, а учиться образам жизни, знания, веры, страдания, любви, и позволяет писать, говорить и делать то, о чем вы можете прочитать ниже.

В некоторых восточных культурах учитель почитается выше родителей. Родители дают возможность жить, учитель дает путь, родители дарят начало, учитель - конец. Человек свободен и значит, не определен, не закончен, он нуждается в наставлениях. Взяться за наставничество - это значит обречь себя на жизнь в конце времен, то есть отказаться от собственного будущего. Это может показаться не верным, но посмотрите внимательно на тех, кто действительно посвятил свою жизнь какого либо рода наставничеству, их взгляд обращен в прошлое и их прошлое очень богато. Януш Корчак пошел со своими воспитанниками в газовую камеру, что бы на этом пути рассказывать им сказки и чтобы у детей был собеседник, не убегающий от конца, а являющийся концом их совместного времени. Без наставлений возможность жить превращается в обреченность мучиться существованием беспутного существа. Тогда все высокое превращается в опасность и беду.

Наставления - это то, что человек не может сделать сам для себя. Это подарок, который он получает от других людей. В широком смысле все, толкающее нас на восприятие, действие, движение, ориентацию, есть наставление. Хоть газетный гороскоп увидеть и то, легче. Дурацкое наставление, но все таки лучше, чем ничего. Без наставлений мы видим «что попало», а от того, что в голове «что попало», и все хорошее в мире портится. Наставления - это очень серьезно, это важнейшая временная потребность. Без наставлений, человек не может жить во времени. В каждой даже самой примитивной культуре есть свои мифы и они свидетельствуют о необходимости наставлений. Наставления ставят границы с которых начинается наша встреча с реальностью.

Современный человек нуждается в наставлениях, прежде всего как существо духовное, если под духовным существом понимать осознаваемую принадлежность к высшему, великому, превосходящему. Духовность человека подразумевает контроль и руководство над великой реальностью днем и подчинение, служение великому вечером. В качестве духового существа человек интуитивно понимает, что все, что начинается в его жизни, начинается ради чего-то, чем-то определено и предопределено, и путь должен быть пройден. Но что-же в конце?! Для успешной жизни предопределенность необходимо видеть, именно видеть, а не предполагать, а как же можно видеть, если даже смотреть ни кто не учил?

Жизнь наших далеких предков представляется нам цельной в силу того, что для них была очевидна жизнь в конце и жизнь в начале. Древний скотовод ночью прислушивался к своему стаду, был зависим от него, следовал жизни стада и знал, что ночь закончится. Утром он брал палку и гнал стадо туда, куда хотел, убивал одних животных, продавал других. Земледелец следил за календарем и следовал циклам природы, смотрел на луну, заходы и восходы солнца. Днем он брал инструменты и пахал, сеял, собирал, молотил, сохранял и владел. У дня и ночи были конец и начало.

Современный человек работает круглый год и круглые сутки, мы свободны не принадлежать времени суток или времени года некоторыми частями своего организма. Но свобода приводит современного человека к нужде, неведомой раньше, нужде в очевидности, и, прежде всего, в очевидности самой свободы.

Видение конечных оснований, осознание предопределенности всех начал, способность видеть из конца событий, видеть реальное наличие будущего есть собственно образованность. Образование вообще и экзистенциальная дидактика в частности, удовлетворяет потребность человека в определенности жизненного пути, знать то большее, которое включает происходящее с ним в короткий момент и определяет конец и начало.

Но предопределенность современного человека не очевидна, как не очевидна временность, ведь человек отчасти сам создает свое будущее и предопределяет свой конец. А в какой степени вы предопределяете свой конец? Ответить на этот вопрос позволяет культура, но современная культура сама характеризуется неочевидностью. Под воздействием цивилизации, увеличением суеты и исчезновением длительности, культура теряет богатство человеческого существования, богатство времени. Язык все больше и больше используется для выражения знаков, а даже не символов и вещей, важнейшие, святые в прошлом события, бывшие когда-то достижениями, становятся рутинными и не решительными атрибутами. Таинство брака благодаря свободе образованного человека становится просто одним из экспериментов личной или социальной жизни. Святость труда, просто предметом изучения и торговли. Свобода человека воплощается не только в радости, но и в трудности: в размытости, спутанности, разреженности, бедности, отдаленности, профанации традиций экзистенциального опыта.

Образованность современного человека очень свободна теоретически, но фактически грубо ограничена многими вещами, обрекающими на «дурную бесконечность» недостатков и избытков. Не имеющий конца официальный взгляд на действительность (идеология, а чаще идеологиомания), бесконечное значение денег, ставших основой социальных отношений, бесконечно растущая скорость информационного потока, все бесконечно и ожидания и изменения и возможности. В современном образовании самым популярным критерием достоверности является скорее информационное, чем эмпирическое «Да», идеологическое, а не фактическое или умозрительное движение, все быстро меняется и уже не новизна, а само обновление становится предметом беспокойства. У некоторых увлекающихся «духовностью» людей даже возникает вопрос: а может конца жизни вообще нет? Может время бесконечно?

Современный человек, даже очень образованный, сомневается в самом себе и своих чувствах, нуждается в подтверждениях и поддержке, он не способен воспринимать истину большую часть календарного времени своей жизни. Слова великих наших современников (Д.И.Лихачев, А.И.Солженицин, Б.В.Раушенбах и др.), подводивших итог своего образовательного пути, свидетельствуют об этой неспособности видеть главное в молодом возрасте. Простые очевидные основания их жизненного пути открывались им лишь в преклонном возрасте, не смотря на незаурядность их ума.

Образованность и в прошлые тысячелетия строилась на успокоении ума, но теперь мы должны успокаивать не только свой ум, но и свой мир, возбужденный свободой отрицать. В.В.Малявин в коментариях к переведенной им книге Чэнь Кайго и Чжень Шуньчао «Восхождение к Дао. Жизнь даосского учителя Ван Липина» пишет об этой исторической особенности современного восприятия так:

«…вся современная цивилизация выросла из последовательного отрицания важнейших принципов духовной традиции. Это не просто современная цивилизация, но - «цивилизация современности». Вся она пронизана духом модернизма, культивирующего все «современное», «прогрессивное», «модное», и глубоко враждебного неизменным, преемственным основам человеческого бытия. Могущество современной науки и техники основывается на опредмечивании, объективации действительности, сведении вещей к идеям, понятиям или моделям ради сиюминутного, чисто прагматического пользования ими (ведь полезна только та вещь, о которой мы имеем понятие). По той же причине современная культура отличается ярко выраженным публичным, зрелищным, «массовым» характером, что являет собой прямую противоположность элитарной, ориентированной на внутреннее знание традиции даосов».

Вероятно можно говорить не только о традиции даосов, но и вообще, о всех традициях, ориентированных на «внутреннее знание», в том числе, и о традиции теософии и светской науки. Например, направление качественных исследований в психологии сегодня используется для «открытия» новых «товаров» в сфере образования и услуг. Феноменологический метод, не смотря на его «новомодность» и популярность, продолжает оставаться лишь служебным методом предварительного научного и технического исследования, так как не приводит к конечному продукту, а значит не приносит выгоды.

Современная система образования такова, что человек не может почерпнуть из нее духовные основания. Он должен скорее принести их в систему своим личным усилием. Необходимость в личном усилии и является предпосылкой для разрабатываемой нами профессиональной практики. Ведь это необходимость взаимодействия, а значит естественной стороной необходимости взаимодействия является некоторый посредник, сохраняющий необходимые условия, даже когда кажется, что необходимость исчезла. Ведь мост должен стоять даже тогда, когда по нему не проезжают. Социологические данные говорят о падении престижа педагогической профессии. Если следовать естественному ходу вещей, то жизнь в школе будет становиться все хуже. На кого мы надеемся, когда ждем улучшений?

Может быть наш мир, как никогда в истории, наполнен свободой и неопределенностью, потребность в наставлениях сегодня переживается очень остро и мы ищем их во всех сферах жизни. Я искал наставления в книгах, но далеко не все книги представляют путь, а те которые представляют, бессильны помочь против моих собственных ограничений: лени, глупости, замешательства, нерешительности, гордыни. Я искал тех, кто, может посоветовать лучшие книги. Но эти люди не располагали временем, что бы продолжить путь вместе со мной, и прочитанные книги оставались содержанием моего «склада». Я искал тех, кто научит профессии, и они честно учили. Но профессия, позволяющая встречаться со многими людьми профессионально, отвергает иные необходимые возможности: возможность дружбы, широких свободных отношений, совместных знаний. Увлечения (хобби) познакомили меня с замечательными людьми, но собственная неодаренность ограничила и это развитие.

И следует признаться, что и в 36 лет, как и в 16 и в 26, я по прежнему ищу наставлений, и нахожу их теперь не в вещах и не в людях, и даже не в книгах, а во временах. Время - не лекарь, как гласит старая пословица, время в нашем мире - наставник. И, для способного видеть время, открыт путь, и на пути открывается гармония времен. Именно времен, а не времени, так как для свободного (духовного) по своей природе человека времен существует множество. (Для биологического существа время существует только одно - биологическое).

Простой пример: К своему решению мы всегда можем присоединить сознание времени. Мы скажем про себя: «Это только сегодня», или «Вот всегда так», «Это случайность», «Вот опять» и т.д. И этим самым создадим время своего решения, потому, что как сказали, так и есть, так и будет. Но если мы не осознаем своей свободы и силы своего решения, тогда наши слова становятся просто присказками и ничего не значат. Мир сам расставит нам времена и отнимет у нас свободу. Слова «нет времени учиться», произносимые всеми от школьников, до руководителей и пациентов больниц, не только о том, что нет времени физического, скорее нет времени сознания, а нет его потому, что человек его не создает. Жить - это не только тратить и использовать время, но и создавать, творить времена. Творить времена мы можем и должны.

Творчество времен как возможность и экзистенциальная задача

Возможности творить время не безграничны (по крайней мере, для меня), в качестве первого условия мы используем физические возможности: физическое время, физическое пространство. Но затем творим время из того, что выглядит пустотой, остановкой. А сотворяя время следуем пути. Так что экзистенциальная дидактика - искусство живых наставлений - это не то, чему учат в университетах, и не то, что подтверждается дипломами. Это не прямые указания на то «как есть» или «как надо», это напоминание, что без внимания и решения Вы - иллюзия. Это не то, что может быть помещенным в книгу. Это то, что вы услышите в качестве наставляющего вас требования в нужный момент, экзистенциальная дидактика становится реальностью в свое время, и не может быть таковой заранее или «немного погодя».

Если человек, читающий эту книгу не почувствует силы своего пути, значит этой книги нет. И наличие физического факта букв и бумаги не доказывает действительности наставлений. Так же обстоит дело и с занятиями по экзистенциальной дидактике на очных встречах. Истратить время на запоминание и даже на понимание - это еще не значит изучить.

В нашу эпоху перемен мы должны посвящать образованию много времени, но можем ли мы это делать в действительности? Отдаем ли мы себе отчет о том, когда действительно учимся и когда только проводим время? Достаточно ли времени мы имеем для образования? Можно ли рационально контролировать время образования?

Велемир Хлебников удивительно живо определил жизнь, при этом почти математически рационально: «жизнь есть частное числа дел и количества времени». Это положение легко проверить на опыте, есть примеры людей, проживающих за календарную жизнь так много, что хватило бы и на сотни человек. Жизнь прирастает по разному. Может ли жизнь быть равна нулю или даже в минусе? Может.

Например, я изучаю английский язык. Если одно дело - изучение языка, разделить на сегодняшний день, то получается, что я учился, и поработал и достиг чего-то и отдых заслужил, даже оценку получил справедливо. А если число дел - всех результативных изучений языка за год разделить на год, оказывается не так уж и много изучил. А если взять дела школьных лет и разделить школьную учебу на время прожитое к 35 годам, то получается, что я английского языка и не знаю вовсе, ничего не образовалось в этом масштабе, нельзя же считать изученным языком обрывочные представления. Причина: я не жил в английском языке дольше одного урока, поэтому выучил - забыл, все равно, что заработал - истратил. Казалось, что учился, а на самом деле терял больше, чем приобретал, терял жизнь, а приобретал иллюзии.

Учительница задает все больше и больше и больше домашнего задания, ее ученица старается задание выполнить. А мама ученицы тревожится о том, что кончится школа, задания спрашивать перестанут, а чему ее дочь научится кроме как упраженеия школьные делать? Кто из них прав?

«Если бы мы достоверно знали: что происходит, что образуется в каждый период времени, «чем наше слово отзовется», мы могли бы освободиться от многих страданий, мы могли бы решительно действовать. Кто может быть уверенным, что в его случае жизнь не портится, а развивается. Только-что приготовленная еда - дорогая и нужная часть жизни, старая, испорченная еда мусор и отходы жизни. Еда хорошая, но пережеванная - уже не товар, не праздник, не жизнь. Как быть уверенным, что мы предлагаем нормальную еду, а не жуем мертвые отходы.

Мы нуждаемся в практическом знании об образовании, чтобы спасаться от дурной бесконечности «познания, преумножающего скорбь». И такое знание нам доступно. Это знание о происходящем вовремя, о вовремя сделанных действиях, о вовремя отданных командах, о вовремя выполненных приказах. Это знание об уместном усилии, о выходе из проклятий - об искуплении и прощении.

Выходить из проклятий страдания - это пересекать времена. И поэтому кроме материалов и средств, нужны еще вызовы, призывы, ответы, приказы. Это и есть язык экзистенциальной дидактики, язык наставлений во временах. Но чтобы говорить об экзистенциальном опыте, о присутствии и не испортить его, необходимо видеть не только форму, но и то, что стоит за ней, иначе экзистенциальной дидактики не появится подобно тому, как подлинное философствование не всегда появляется из чтения философских книг, часто появляется бесплодное умствование.

Экзистенциальная дидактика - это профессиональная практика посредничества между людьми в различных временах и гармония между временами людей. При этом принципиально важно, что практика посредничества - это не просто средства, которые могут быть обеспечены мертвым веществом, практика посредничества - это то, что может сделать только живой человек, вложив время своей жизни. Этот вопрос - вопрос вложения времени жизни, является ключевым. Никакие средства и сущности сами по себе не могут заменить или обеспечить событие вложения собственной жизни, хотя человечество всегда пыталась накопить такие средства. Старания накопить средства, помогающие вкладываться своей жизнью в связь времен, формировали искусства, науки, идеологии и традиции. В некоторых случаях традиции достаточно долго служили этой задаче человеческой жизни. Беречь или уничтожать традицию в образовании? Популярный в современных дискуссиях вопрос. Но с точки зрения экзистенциальной дидактики, это не вопрос содержания, а вопрос времени. Иногда начинать, иногда сохранять, иногда игнорировать, а иногда возрождать. Эти различные времена и связываются конкретной человеческой жизнью - экзистенцией.

Наивно было бы надеяться на возвращение к памятникам прошлых традиций или на разрушение памятников, в том числе на разрушение традиций мышления и сознания. Историю сознания через объективацию мира нельзя не замечать или отменять, она требует не отмены, а ответа, нового праксиса, позволяющего прошлому возрождаться в высоких формах, а не в кошмарах. Экзистенциальная дидактика - это ответ личности обществу и его культуре. Экзистенциальная дидактика - искусство наставлений не для того, что бы их использовать, а для того, чтобы ими отвечать на вызов современной культуры.

Потребность в наставлениях - ответах на вызов времени, существовала для культурного человека всегда, очень остро она ощущается и сейчас. Но сегодня она не может быть реализована так, как реализовывалась раньше. Раньше были наставники, сегодня есть в лучшем случае посредники. Действительными «наставниками» сегодня являются те, кто определяет время для наставлений (и как это часто бывало в прошлых исторических периодах, им нет особенного дела до того, чем все закончится). Подобно тому, как в двадцатом веке на производстве стал важен не работник, а тот, кто создает условия работы, в информационную эпоху важен тот, кто создает условия для организации работы, то есть посредник. Милан Кундера назвал этот новый класс специалистов «имагологи» - те которые выдают билеты в бессмертие, захотят, выдатут вам билет в комическое бессмертие, захотят - в великое. Им достаточно просто говорить по радио и телевидению и этим создавать для себя и других условия работы, жизни, образования.

Сегодня слишком много людей нуждаются в наставлениях, не всегда даже осознавая в чем же они действительно нуждаются. А они нуждаются в будущем, которое сложным культурным образом человек определяет сам и поэтому, наставления имеют вид не определенных, открытых вопросов с обязанностью точных конкретных практических ответов. В связи с таким характером наставлений наставником не может быть специалист. Кому нужен такой специалист, который вопросы задает, а не отвечает? Даже церковь, всегда накапливавшая способность наставлять, не может сегодня серьезно влиять на растерянность и беспутность человека. Мы можем видеть это и в масштабе отдельных личностей в масштабе государственной политики. Например, в том, что в современном мире церковь не влияет ни на семейные скандалы, ни на мировые конфликты. Или в пространстве помогающих профессий. Специалисты разрабатывают системы работы, спорят, образуют ассоциации, ведут научные дискуссии. Но клиента не интересует принадлежность консультанта к определенной школе, ему нужен результат не зависимо от того, во что верит психолог или врач. Что же это такое, что интересует клиента? Его интересует чем кончится время помощи, какое время начнется после. А разве это знание обеспечивает научная или профессиональная школа?

История западной цивилизации свидетельствует о том, что в созданном человеком мире - мире, где деньги теперь воспроизводят сами себя, информационные системы воспроизводят жизнь, инженерия (в особенности генная, но не только) воспроизводят природу, каждый человек сам должен определяться, кем ему быть по духу, так как телесная, национальная, половая, профессиональная, родовая, религиозная и другие идентичности не приносятся ему готовыми через институты, родителей, партнеров, конфессии и правительства, как это было раньше. Свобода и неопределенность являются вызовом и даром современного человека.

Наша эпоха была рождена великими революциями, о которых мы знаем порой очень смутно, но неизбежно выражаем их в нашей жизни, живя духовно в эпоху революций. Мы выражаем дух эпохи, в том, как мы время жизни выбираем, используем и создаем, что ценим и куда стремимся на самом деле, стремясь к тому, что кажется нам реальным. Но революция отрицает устоявшийся порядок вещей. Мы погружены в эпоху отрицаний всего, включая самое непостижимое: начало и конец.

«Несмотря на гитлеризм, мы живем в новой эре, потому, что с этого времени функции язычников, христиан или евреев больше не поручены видимой расе, видимому духовенству и видимому Израилю. В будущем характер и функцию человека больше нельзя будет оценивать по внешним признакам расы, веры или страны. Он должен выбирать сам. Он даже может не знать, собирается ли он действовать, как представитель Начала, Середины или Конца. Каждый в любой момент сможет действовать в качестве представителя тела, души или духа, то есть, язычества, иудаизма или христианства. Иго воплощения в духовенстве перестало быть всеобщим. Три свойства высшей жизни теперь доступны в различные времена различным людям.» (О.Розеншток-Хюсси. Великие революции. Автобиография западного человека. Библейско-Богословский Институт св. Апостола Андрея. Москва. С.198)

О.Розеншток-Хюсси писал об этом еще в тридцатых годах двадцатого столетия. То, что для него было будущим, для нас настоящее. И если он прав, то в нашу эпоху наставления о том, как быть, становятся насущной потребностью человека как существа духовного и свободного. Раньше действительность толкала человека к духу, через страдания, болезни, ограничения. Человек старался понять состояния и через состояния понять себя. Теперь же ответственность духовно относится к жизни пала на самого человека, а не на его состояния. И принятие этой ответственности выражается в том, с каким интересом и искусством человек смотрит в жизнь, как изучает смысл и содержание жизни, насколько ответственен он за мир и время. Сегодня нельзя достигнуть успеха в практике объясняя большее с помощью меньшего: жизнь с помощью состояний, сегодня необходимо обращаться за объяснением к большему, к условиям, контексту, ситуации. А условием и контекстом нашей жизни являются тела времени.

В заключении коротко представим постулаты экзистенциальной дидактики:

  1. Экзистенциальная дидактика - это реализация системы установок по отношению к свободному времени.
  2. Главными условиями возможности реализации системы установок по отношению к свободному времени является:
    • Принятие ответственности за трансцендирование во времени жизни, а не только в пространствах сознания, внимания, восприятия и др.
    • Воспитание мужества отдыхать и практика мужественного отдыха.
    • Воспитание мужества учиться и учить.
  3. Обстоятельствами реализации экзистенциальной дидактики являются не болезнь и несовершенство, а безобразие и стыд.
  4. Результатом практики экзистенциальной дидактики является воспроизводство интереса к жизни.
  5. Границы времени экзистенциальной дидактики определяются реальностью наставлений, состоявшихся в человеческой жизни (в экзистенции).
  6. Свобода экзистенциальной дидактики - это не только свобода говорить «нет», но в большей степени свобода в условиях «нет», говорить «да».
  7. Практика экзистенциальной дидактики - это практика творения времен.
  8. Объектом экзистенциальной дидактики являются не ученик и не мир, а способ, которым человек создает реальность мира.

Экзистенциальная дидактика - это искусство учиться и учить в терминах жизни, опыта, сознания, практики, движения, надежды. Это искусство изучать части жизни, воспроизводя целостность бытия. Это искусство успевать (то есть быть успешным - быть вовремя) в современной духовной свободе. Это искусство воспитывать интерес, искусство видеть в качестве наставника экзистенцию - человеческую жизнь.

Экзистенциальная дидактика - это необходимое основание для того, чтобы воспитывать и обучать реальность. Мы живем сейчас в реальности, которую образовали для нас наши предшественники, мы будем жить в той реальности, которую образуем. Конечно, речь не идет о насильственном «делании» желаемой «реальности» «магическими» способами, речь идет о со-творении реальности. Пусть моя роль в этом ничтожно мала, пусть все остальное зависит от другого творца, но ведь я должен исполнить свою роль до конца. Я хочу ее, по крайней мере, понять.

Наставничество и принятие наставлений в современном мире не только необходимость, способ, работа или удовольствие, это, прежде всего, современная форма отдыха - время, возникающее между двумя работающими, между двумя живущими, между разными временными талами. Экзистенциальная дидактика позволяет учиться быть свободным не во времени, а вовремя, эта самый достойный человека отдых, так как он вдохновляет и одухотворяет не только самого человека - индивидуума, но и других людей, образующих мир и жизнь.

Литература

  1. Алексейчик А.Е. Интенсивная терапевтическая жизнь. - Независимый психиатрический журнал., 1999, N1 с. 26-33, N2
  2. Бердяев. Н.А. О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии. В сб. Царство духа и царство Кесаря. М.: Республика, 1995.
  3. Джеймс У. Воля к вере. - М.: Республика, 1997. - 431 с.
  4. Кочюнас.Р. Экзистенциальная психология и психотерапия: взгляд на дилеммы человеческого бытия. /Вопросы ментальной медицины и экологии. 1996, № 2, с.33-52
  5. Левицкий С.А. Трагедия свободы. - М.: Канон, 1995. - 512 с.
  6. Мерло-Понти М. Феноменология восприятия. - С-Пб.; Наука. 1999. - 606 с.
  7. Розеншток-Хюсси О. Избранное: Язык рода человеческого. - М.; СПб: университетская книга, 2000. - 608 с.
  8. Тиллих П. Избранное: Теология культуры. М. Юрист, 1995. - 479 с.

Лукьянов О.В.,

Опубликовано: Сибирь, Философия, Образование. Институт повышения квалификации, Новокузнецк, 2004. Научно-публицистический альманах. 2003 (выпуск 7) с.46-60

См. также
  1. Лукьянов О.В. Можно не скучать. Введение в экзистенциальное образование
  2. Лукьянов О.В. Экзистенциальная социотерапия и проблема спасения от одиночества
  3. Лукьянов О.В. Готовность быть. Предположения о транстемпоральности опыта озабоченности настоящим
  4. Лукьянов О.В. Как работает экзистенциальная социотерапия
  5. Лукьянов О.В. Экзистенциально-феноменологическое исследование в социальной психологии. Проблема современности и ответственности
  6. Лукьянов О.В. Мнемотехника экзистенциального опыта
  7. Лукьянов О.В. Идентичность - элемент транстемпорального мира и фронт экзистенциального опыта
  8. Лукьянов О.В. Чем отличается экзистенциальный дискурс от научного (размышляя над статьей Погодина...)
  9. Лукьянов О.В. Встреча и обреченность
  10. Лукьянов О.В. Готовность быть. Предположения о транстемпоральности опыта озабоченности настоящим
  11. Лукьянов О.В., Клочко А.В. Личностная идентичность и проблема устойчивости человека в меняющемся мире: системно-антропологический ракурс
  12. Лукьянов О.В., Карпунькина Т.Н. Современность - культура одиночества
  13. Лукьянов О.В. Смысловые детерминанты временной перспективы личности
  14. Лукьянов О.В. Риски небрежности в современной жизни
  15. Лукьянов О.В. О недостатке интенсивности жизни, о смысле предпринимательства и об иллюзии бессмертия
  16. Лукьянов О.В. Проблема становления идентичности в эпоху социальных изменений
  17. Лукьянов О.В. Самоидентичность как условие устойчивости человека в меняющемся мире
  18. Лукьянов О.В. Психологическая системность практик веры. Градиенты становления человеческого в человеке
  19. Лукьянов О.В. Запрещенные вопросы
  20. Лукьянов О.В., Щеглова Э.А., Неяскина Ю.Ю. Психологические корреляты риска трудоголизма у взрослых работающих россиян
  21. Лукьянов О.В. Экзистенциальный анализ и природа времени. Транстемпоральный характер экзистенциального опыта
  22. Лукьянов О.В. Транстемпоральная супервизия
  23. Лукьянов О.В. Актуальность изучения транстемпоральных аспектов социального и психологического опыта
  24. Лукьянов О.В. Принцип транстемпоральности в решении вопроса успешности и актуальности психологической практики
  25. Лукьянов О.В., Волынец К.В. Инициативность и вовлеченность в экзистенциальном консультировании. Анализ случая.