ENG
         
Публикации
  1. + Ибо мы есть греза и тишина (фрагмент из "Эссе об абсурде")

    Все слабеет тот слабый старый голос, что тщетно пытался заставить меня, - затухающий, все равно что сказать, он исходит отсюда, чтобы прозвучать где-то, или умолкающий, как знать, это все равно что сказать, он собирается исчезнуть, - оставить старания. Не какой-то голос, но тот, что в моей жизни, он говорит, что если, ведя речь обо мне, можно говорить о жизни, а он может, он все еще может, или если не о жизни, то он умирает, если это, если то, если вести речь обо мне, то он умирает, но кто может многое, способен и на малое, раз уж ты вел речь обо мне, значит, ты можешь говорить о чем угодно, от сих до сих, от точки где до момента когда, и тут он умирает, он не может продолжаться, это его смерть, ведя речь обо мне, здесь или где-то, он говорит, он шепчет. Чей голос, ничей, нет никого, голос без рта, а где-то что-то вроде слушанья, что-то приговоренное слушать, и где-то рука, он называет это рукой, он хочет создать руку или если не руку, то что-то где-то, что может оставить след, из которого нечто создается, из которого возникает речь, ты не сможешь обойтись без меньшего, нет, это выдумки, еще какие выдумки, нет ничего, кроме голоса, чей шепот оставляет след...

    // Страх / Сост. П.С. Гуревич. - М.: Алетейа, 1998. - С 83 408 с. Пер. Е. Беренштейна, с. 320 Печатается по изданию: Беккет С. Эссе об абсурде // Философские науки. - 1991. - № 3,

    http://anastasiya-shulgina.narod.ru/book_5774/book_36.htm