публикации/авторы/Копелев Л.

Творчество Кафки становится предметом ожесточенных споров, бесчисленных исследований и толкований, чаще всего безнадежно противоположных, совершенно непримиримых, и несовместимых между собой. Его провозглашают то озаренным свыше блаженным мистиком, то гениальным насмешливым мистификатором; ему приписывают стремление творчески воплотить христианскую, или иудейскую, или некую универсальную вселенскую религию, либо объявляют его неистовым богоборцем, безбожником; одни считают его произведения выражениями глубочайшей мудрости, проникновенной философской мысли, другие видят в них отражения чистейшего безумия, запечатленные клочья бреда, излияния шизофреника, непосредственные следствия телесных и душевных болезней... Такое многообразие, такая разноречивость в толкованиях произведений, которые сам автор хотел уничтожить, так же как и вся их необычайная, внезапно возникшая и во многих своих проявлениях болезненная популярность, уже сами по себе являются отражением глубоко противоречивой и крайне субъективистской природы творчества Кафки. В нем воплотилось исступленно напряженное стремление к "абсолюту", к наивысшим пределам развития субъективизма. Персонажи Кафки едва ли не самые одинокие - безнадежно одинокие - люди во всей истории мировой литературы. В них крайнее выражение непреодоленного современного субъективизма, безнадежно больного и тлетворного.