ENG
         
hpsy.ru/

публикации/авторы/Шрейдер Ю.А.

Шрейдер Юлий Анатольевич (1927 - 1998) — математик, кибернетик и философ.

Шрейдер Юлий Анатольевич (1927 - 1998) - математик, кибернетик и философ.

В 1946 г. окончил механико-математический факультет Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, закончил в 1949 г. там же аспирантуру и защитил в 1950 г. кандидатскую диссертацию по функциональному анализу.

Несколько лет работал в различных научных и учебных математических институтах Москвы, а с 1961 по 1989 год - в отделе семиотики Всесоюзного института научной и технической информации АН СССР (зав.отделением Гиляревский Руджеро Сергеевич), где выполнил значительную часть своих научных работ и был одним из ведущих сотрудников. Ю. А. Шрейдеру принадлежат важные результаты в области вычислительной техники и информатики, профессор по информатике с 1984 года.

В 1960-е годы Ю. А. Шрейдер заинтересовался религиозными проблемами, и этот интерес положил начало его философским исследованиям. С 1970-х годов Шрейдер начинает серьёзно заниматься исследованием актуальных проблем философии.

1981 - защитил докторскую диссертацию по философии.

Его книги «Равенство, сходство, порядок» (1970), «Системы и модели» (1980), «Природа биологического познания» (1991), «Основы этики» (1993), «Ценности, которые мы выбираем» (1999), многочисленные статьи, опубликованные, в том числе и на страницах журнала «Вопросы философии», стали классическими в российской философской литературе.

С 1989 г. Ю. А. Шрейдер перешёл на постоянную работу в Институт проблем передачи информации Российской академии наук, и философская проблематика стала для него основной.

Преподавал в МГУ им. М. В. Ломоносова на механико-математическом факультете и на отделении структурной и прикладной лингвистики филологического факультета. Всего опубликовал около 800 трудов.

В 1989 году стал одним из организаторов Католического клуба «Духовный диалог» и был избран его председателем. С 1993 года - академик-секретарь Отделения «Наука и теология» Российской академии естественных наук и председатель правления Центра философии, психологии и социологии религии.

С 1991 года - профессор Колледжа католической теологии св.Фомы Аквинского, а с 1996 года - Библейского богословского института Св. апостола Андрея в г. Москве, где неоднократно читал курсы лекций «Этика», «Социальное учение Церкви», «Логика и теория познания» и др. Был принят папой римским Иоанном Павлом II.

Публикации
  1. + Иов-ситуация Иозефа К.

    В чем суть ситуации Иова? В книге Иова описаны страдания праведника и не просто страдания праведника, а страдания человека, который по человеческим меркам, по меркам человеческой справедливости, этих страданий не заслужил. И тут главный момент - не сами страдания, потому что есть много примеров из истории, из человеческой жизни, когда страдания осмысленны и у человека не возникает вопрос: "За что мне эти страдания?" И у него есть ответ на другой вопрос: "Для чего даны эти страдания ему?" Но ситуация Иова характерна тем. что эти ниспосланные ему страдания вводят его в мир абсурда, когда человек теряет осмысленность существования. Поэтому основной лейтмотив книги Иова не сами страдания, не их безмерная тяжесть - Иов потерял сначала имущество, потом детей и, наконец, был поражен проказой так, что был вынужден усесться в пыли и расчесывать свои язвы кусочком черепицы - вот все, что ему осталось в жизни. Но дело не в физических страданиях и не в боли об утраченном, а в том, что он жаждет и не может понять смысла происходящего. Он обращается к Богу с требованием объяснить ему смысла происходящего с ним. Часто говорят о бунте Иова, но здесь дело не в бунте, не в сопротивлении Богу -дело в дерзости Иова, который апеллирует к Богу как источнику смысла, потому что в этот момент он уже потерял все. Вера Иова реализуется не а страхе Божьем, а в его попытке достучаться до Бога, в попытке обрести смысл происходящего. Книга Иова принадлежит к тем текстам, знание которых есть просто условие принадлежности человека к европейской культуре. В притче об Иове выражена убежденность европейского человека, воспитанного в иудео-христианской религиозной традиции в том, что происходящее в мире имеет свой смысл на метафизическом уровне. Это убеждение может воплощаться в наивной вере в то, что Бог воздает человеку но внятным последнему меркам справедливооти. Отсюда убеждение друзей Иова, пришедших его утешить в реальной вине Иова. Из этой убежденности фактически возникает проблема теодицеи- оправдания Бога в том зле, которое он допускает в мире. Прототипная Иов-ситуация в Библии разрешается отнюдь не на пути теодицеи - ситуация приобретает смысл, когда Бог вступает в разговор с Иовом, и тот не только перестает ощущать свою богооставленность, но и получает подтверждение правомерности своих вопрошаний. Библейская ситуация сейчас выступает для нас как некий образец или архетип. Одним из важнейших и интереснейших ситуаций является ситуация Иозефа К. в романе Кафки "Процесс".

    // Вопросы философии, 1993, № 7

    http://www.xpa-spb.ru/libr/Mushelishvili/Iov-situaciya-Iozefa.html
  2. + Иов-ситуация: искушение абсурдом

    Книгу Иова можно рассматривать как эмпирический материал для психологического исследования важного класса ситуаций, когда субъект, чтобы справиться с гнетущим ощущением абсурда, должен выйти из привычной структуры сознания, определяющей его установку по отношению к действительности. В обыденном состоянии сознания такой выход невозможен, ибо здесь установка не может меняться по воле субъекта. Однако переход в измененные состояния сознания — сначала в состояние сомнения (отрицания), а затем в состояние чистого сознания открывает перед субъектом возможность войти в иную структуру сознания. На религиозном языке это означает обращение к покаянию и молитве. Речи друзей Иова олицетворяют здравый смысл, соответствующий исходной установке самого Иова. Возникающая экстериоризация исходной структуры сознания дает опору для сомнений Иова и его личных усилий сопротивления, позволяющего преодолеть посюсторонний психологизм и обрести опыт Богообщения. В результате этих усилий Иов входит в иную структуру сознания и преодолевает искушение смириться с абсурдом.

    // Философская и социологическая мысль, 1991, № 8, с. 41—53

    http://nyulia.livejournal.com/745178.html
    http://www.philosophy.ru/library/katr/text/iov1.html
    http://jarki.ru/wpress/2010/02/25/931/
    http://www.kuchaknig.ru/show_book.php?book=176167
  3. + Понимаю, потому что абсурдно (к эвристике абсурда)

    Читателя, привыкшего к "профессионально" сделанным статьям, этот текст может неприятно удивить некоторой редакционной "недоделанностью". К сожалению, в самый разгар работы над статьей Юлия Анатольевича Шрейдера не стало. Его соавтор Н. Мусхелишвили и редакция решили напечатать ее такой, какой она оказалась к этому моменту, - безнравственно, да и слишком тяжело было делать в ней изменения, которые уже не показать Шрейдеру. Отсюда - не вполне "подогнанные" вставки, ждавшие дальнейшей работы, лишь вчерне обговоренные сокращения и уточнения. Юлий Анатольевич всегда очень тщательно работал над каждой своей рукописью - и с тем большим удовольствием начинал эту работу заново, когда статья попадала в редакцию. Для него это было формой так любимого им научного диалога, взаимного обогащения мыслями. А для редактора работа со Шрейдером была истинным наслаждением и давала больше, чем хороший научный семинар. Он умел и любил шлифовать мысль, но последняя статья Шрейдера останется неотшлифованной.

    // "Человек", 1998, № 6 Работа выполнена при поддержке РФФИ. Грант № 96-06-80625.

    http://nyulia.livejournal.com/743499.html
    http://literra.websib.ru/volsky/1334
    http://lj.rossia.org/users/nyulia/689685.html